Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×

По просьбе одного человека выношу этот цикл отдельным дневником.

"Крайняя" собралась совершенно случайно, из следующего диалога:
- я не пишу о ваших
- собери все и посмотри, сколько получится.

большая часть стихов посвящена одному человеку, которого я знаю 7 лет. Часть из них я не люблю, потому что вижу их изъяны, но я знаю - однажды я сотворю что-то лучше, живее, правильнее, что-то, что будет перечитываться мной раз за разом.

Комментарии к многим я упущу. если возникнут вопросы - пишите.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:57 

1.

к другу.
все близкие, что были, уйдут.
на смену найдутся другие.
все они очень честно врут.
но запомню я лишь Твоё имя.

все, что курят, быть может,
никогда сигареты не бросят.
все, кто раз получал по роже,
не раз ещё снова напросят.

все, кто хоть раз предавал,
предаст обязательно снова,
даже тот, кто обещание давал,
не ценит данное слово.

среди всех, кто встречался мне,
только ты попадёшь, верно, к Богу,
я же сгорю в Адском огне,
хотя выбрал атеиста дорогу.

я же испорчу тебя, наверно,
ты б получше бы друга нашёл.
я же злой, выражаюсь скверно,
но хочу, чтоб у тебя было всё хорошо.

@темы: крайняя, матвей снежный, стихи

12:03 

2.

Посвящается Д.М.

Улыбнись мне, исчезая во мраке,
Помахай мне ладонью вслед.
Мы как будто сцепились в драке,
А не провожаем тебя на тот свет.

Исчезал ты всегда надолго,
Но мы знали – опять придёшь.
Но от слов теперь мало толку,
Время вспять уж не повернёшь.

И цветами иссиня-черными
Мы украсим твои черты.
Все мы были в смерть влюблёнными,
Ну а выбран был ею ты.

Ты прости меня, милый друг,
Что спасти я тогда не смог.
И порочный замкнулся круг,
И теперь пленник я дорог.

@темы: крайняя, матвей снежный, стихи

12:16 

3.

Хрупким блеском сверкает медь,
Нить кольца обнимает палец,
"Ни помнить, ни знать, ни жалеть" -
Во тьме повторял страдалец.

Он не верил в небесную твердь,
Все молитвы звал хмурым вздором,
Он держал в объятиях смерть,
Нарекал себя жизни вором.

Сотни душ отправлял он к Богу,
Не боясь ни суда, ни тревог,
Выбирал худшую дорогу,
Да порочил себя как мог.

Но однажды в пьяном угаре
Облик Ангела он увидал,
"Знаешь, в Рай не берут тварей",
Впрочем, он это знал.

Усмехнулся: "Да я и рад,
Что не встречу тех, что убил",
Проводил его Ангел в Ад,
Он был тих, кроток и мил.

А люди все так же смеялись,
Так же где-то горел костер,
Так же многие смерти боялись
И дрожал неба шатер.

@темы: крайняя, стихи

12:20 

4.

я был бы дворовой псиной,
грязной, бешеной, злой,
брал бы чужое насильно,
уносил бы все домой,
где ждет спокойная, тихая,
в старом, потертом халате,
хозяйка, что не верит в лихо,
что заботится обо мне,
как о брате.
я бы рвал глотки прохожим,
за то, что они ей хамят,
а она боится до дрожи,
что мне вдруг подсунут яд.
для неё я был бы примерным,
добрым, наивным, смешным,
счастливым чрезмерно,
ненавидящим дым,
я был бы для неё хорошим,
насколько только мог,
если б не был брошенным
возле семи дорог.

@темы: крайняя, матвей снежный, стихи

13:07 

5.

еще пару стопок - и больше не будет плохо.
снег на улице кружит, а вроде уже апрель.
где-то бродит мой бог последнего вздоха,
у него глаза карие и белеет при свете шинель.

разговор в темноте - посиди до утра, мой брат,
где-то дом наш пустеет и бьется в окно рассвет.
где-то есть для потерянных душ путь назад,
и лесные сосны тебе шлют свой привет.

все ведь стерто давно, нам осталось шагнуть за край.
здесь не примут таких - показал же опыт.
говорят, у преданных есть свой рай.
отчего же я слышу один только ропот?

сядь, посиди, еще рано ступать в дорогу.
слышишь - как будто рыдает кроха?
нам осталось совсем немного -
за нами придет бог последнего вздоха.

@темы: крайняя, стихи

13:15 

6.

нет ни имен, ни значений, кроме твоих,
это безумие, бред, наваждение в чувствах.
это вечность, разделенная на двоих,
танец по лезвию - тоже искусство.

ты знаешь о боли больше, чем все вокруг,
ты не раз вытирал кровь со своих ладоней.
я по ночам задыхаюсь без этих рук,
зверея, если их кто-то тронет.

ты можешь сжечь всего парой слов,
растопить - одним касанием.
ты уничтожить весь мир готов,
ради любви, не ради признания.

ты шагнешь в темноту ночи,
и прошепчешь, нежно так:
"послушай. минуту лишь помолчи.
либо по краю. либо никак".

@темы: стихи, крайняя

13:53 

7.

сердце рвется в лохмотья и его уже не вернешь,
мою душу можно пускать на одеяла бродягам.
у меня одна радость - стальной, перепачканный нож,
да с винами красными белая фляга.

октябрь жжет зрачки красными листьями,
я беру у барыг грамм травы.
мои мысли испорчены жизнями
тех, с кем не был я вовсе на ты.

мой последний, отчаянный друг,
пьет один, в водку льет кофеин,
и сужается медленно круг,
и мой мир состоит из руин.

я для не слез не подставлю плечо,
пусть дорога в зрачках поплыла.
и не скрыть мне за грязным плащом
два потрепанных, белых крыла.

@темы: крайняя, стихи

13:57 

8.

Сигарету в зубы, коронное: "К черту, переживем",
Ножевое в спину - которое за двадцать пятый год?
Все пройдет, нужно натягивать улыбку днем,
Повторять про себя: "Я свободен, свободен, вот".

Забывать про дела, запираться в барах за стойкой грязной,
С разбитым сердцем, конечно, лучше, чем без мозгов.
Могла бы быть конченной шлюхой или просто отвязной,
Могла собирать настоящий жемчуг из слов.

Могла десять пятниц устраивать на неделе,
Сжигать кресты, теряться среди других...
И молчать каждый раз, в самом деле,
кому это нужно, кроме нас же самих?

Пора брать себя в руки и вспомнить свободу,
Не рыдать по ночам, только или еще...
Мне кажется, с каждым годом
У меня личный Тайлер стоит по мое плечо.

@темы: крайняя, стихи

14:01 

9.

Живи, слышишь? Живи, несмотря на людские толки,
На предчувствие смерти, что ночью приходит в дом,
Живи, умоляю, так, как ты сможешь долго,
И засыпай только обычным сном.

Живи, родной, живи, несмотря на ножевые в спину,
Я все твои раны к утру укрою собой,
Как пела Арбенина - "Я не сдам, я не сгину",
Слышишь? Я до конца с тобой.

Слышишь? Это сердце не сможет без тебя петь.
Да что там петь! Оно разучится биться.
Я без тебя не смогу ни дотлеть,
Ни в кого-то другого влюбиться.

Я без тебя разучусь дышать,
И не вынесу сам этой великой, проклятой любви.
Послушай, счастье мое, моя душа,
Живи только. Слышишь? Живи.

@темы: крайняя, стихи

14:04 

10.

Дети проклятых, встаньте в ряд!
Грядет прошлое в синей форме,
Что ни слово - то чистый яд.
Говорят, нужно быть упорнее,
Нужно камни швырять в костер,
А не в спину того товарища,
Что и ловок был, и хитер,
Вылез будто не из влагалища.
Что нам бляди? На них есть спрос,
Как на лучшее оружие ядерное.
Видел сам, как шла под откос
Та, что изнасиловало пятеро.
Видел сам, как "баян" по венам
Гонял бывший барыга год.
За изменою шла измена,
Искривлялся от пены рот.

Дети проклятых, ваш черед!
Выходить и дышать в пакеты.
Что же новая дрянь не берет?
Оставляйте проблемы где-то.
Оставляйте свои дома,
Обнимайтесь на сонных улицах.
Вас не встретила, к счастью, тюрьма,
Но полгорода точно дуется.

Дети проклятых да израненных,
Выходите писать закон.
Только знаю я, (это правильно),
Что внутри вы святее икон.

14:08 

11

Расскажи мне, как бежали года колесницей,
Как ты молча дышала на замерзшие пальцы,
Говорила: "Не видимся. Снится. Все еще снится.
И сердце колотится подстреленным зайцем".

Расскажи мне, как за первую ночь стала грубой,
За вторую в семнадцать вмиг поседела,
Кусала до крови и шрамов губы,
И кожа была мертвецки белой.

Расскажи мне, как много курила ты бело-красных,
Звонила кому-то, рыча в телефон,
Говорила без звуков гласных,
Шипела одно - "Где он?".

Расскажи мне, как рвало от грамма,
Как тебя с передозом кидали вниз,
Ты улыбалась своим же шрамам,
И шептала "Молю, вернись".

Расскажи мне, милая, сколько прошло,
Прежде чем он вернулся назад?
Он вернулся - и хорошо.
Чтоб забрать тебя в Ад.

14:11 

12

Он умеет одним движением все проблемы решать,
Преступая законы, бриллиант среди грязи,
И в стихах прошлых столетий теплится его душа,
Где не слышно про блат и связи.
Тень струится по стенам гаража,
Пока он дремлет, ему снится край,
И ты тихо, едва дыша, проклинай его, проклинай,
И, конечно же, не спеша,
Омывай слезами его каждый шаг.

Он бежит по свету, от дома к дому,
И пишет нежные письма к тебе одной,
Пока стреляют в его знакомых,
Пока кто-то кричит, что сам он гной,
У тебя он въедается в хромосомы,
Гонимый злой судьбой, но все же родной,
И тебе без него - разве что в кому,
Потому что не выжить уже одной.

Он опять растрепан и где-то ждет,
В самой глуши, для разборов "дела",
Из тепла и дождей в мороз и лед,
И не может сбежать, как бы ты ни хотела,
Его ночами кровью рвет,
И ломается хрупкое тело,
Но он назло, улыбаясь, живет,
Весь в черном, а кажется - в белом.

Он придет, конечно, позднее срока,
Зимой, когда ты еще спишь,
И ты услышишь: "Мне одиноко.
Я приехал. Просыпайся, малыш".

14:15 

13

Бывает, что ты для всех урод или кретин,
Мол, большей твари не видели никогда,
Но для меня ты святой один,
Как бы нас не терзали болью года.

Попадаешь с полста метров в висок,
Дышишь тихонько, пытаясь согреться,
Но твой грандиозный марш-бросок -
С трех тысяч километров. Прямиком в сердце.

И в голове стучатся мысли-тревоги,
Где ты, с кем, в кого ты стрелял опять.
Меня слышали, верно, все боги,
Как я просто желаю тебя обнять.

И в моих висках серебрится седая прядь,
И здесь снова выходит какой-то тупой закон...
Слышишь, я готова все отдать,
Чтобы стеречь твой буйный сон.

14:16 

14

Когда здесь смеются, льют в стаканы отраву,
Когда в дыму не понять, кто из круга ушел,
Я закрываю глаза и вижу - по праву -
Что ты жив, относительно хорошо.

Я закрываю глаза, сигаретой дым рисую,
Кто-то стонет уже в незнакомом теле.
Имя твое не произносится всуе,
Не выдыхается где-то в чужой постели.

Имя твое - молитва иль оберег?
Людям не ясно, как можно жить тобой,
Как позабыть горы, леса, сто рек,
Следом уйти, как в последний бой.

Людям не ясно, сил уже нет сказать,
Ты вот - и бог, и ребенок, сестра, отец,
Ты - это просто как дышать,
Не будет - все, сразу конец.

Ты - это все, чего можно желать,
В нежных касаниях чуть дрожа..
И если придется себя распять,
Я пойду, улыбаясь, моя душа.

14:18 

15

Она не войдет в мой дом, не преступит порог,
Не покормит ночью под окнами птиц,
Каждый обычный ей хил и убог,
Она гордо идет - богоматерь убийц.

Цепи ее звенят, меха обнимают в холод,
Каждый случайный будет выставлен вон.
Ее глаза разъедает хронический голод,
Когда она покидает трон.

К ней приходят те, кто говорит иначе,
Кто загнил душой еще в самом зачатке.
Говорят, что она никогда не плачет,
Фаворитов меняет, как перчатки.

Ее голос хрипит, сияет злость,
Она не держит родным данных слов.
Каждый прохожий - лишь мясо и кость,
Что сломать свой нрав под нее готов.

Никогда не пытайся при ней смеяться,
Душу свою заставлять падать ниц.
В нее невозможно надолго влюбляться.
Она одиночка - богоматерь убийц.

14:20 

16.

Бесконечным кажется вечер,
Боль ложится в усталый очерк.
Я тебя, как и всех, покалечу.
Я тебя, как и всех, испорчу.

Из любви моей свет не сложится,
А из жизни - того подавно.
И касания - с ранки кожицу
Не зажила чтоб. Славно. Славно.

Что из памяти моей - бешено,
Что из сердца - мертвей покойника.
Видно, свыше все перерешено,
Будет боль моя сродь конвойника.

Строчки станут моими мачтами
В корабле под названием "душа".
Я тебя, как и всех, испачкаю.
Я умею лишь разрушать.

Неразрывным кажется плач.
Все трагедии - как прибой.
Я себе сам лучший палач.
Я воюю сто лет с собой.

И тебе меня не собрать,
Не прижать к сердцу ночью.
Я могу только разрывать.
Я тебя, как и всех, испорчу.

14:22 

17

Когда этот город рухнет, будет совсем не поздно,
Будет молва молчать и реветь гранит.
И небо порвут на лоскуты звезды.
(Ты одна знаешь, где у меня болит).

Выстрелы будут дробью стучать в висках,
Трупы лежать горой посреди столиц.
Я этим городом сжат, как в тисках.
Здесь не вдохнуть и не выиграть блиц.

Здесь, средь уродов, вспышек, огней,
Я пишу бред, на него молюсь.
(Меня не отпустят к тебе. К ней.
Не отпустят - и это плюс)

Я буду знать, кто дышит в мое плечо,
Кто в меня выстрелит - наверняка.
Пока в груди еще горячо
Мне глаза закроет твоя рука.

12:34 

18.

Я слышал, что завтра за нами придут.
Я слышал, что выбьют окна и двери.
Стянется веною бронзовый жгут.
За нами придут.
Поверь мне.

Разорвется башка на сотни осколков,
Грязной крови ручьи поспешат к цветам.
Я не мог протянуть так долго.
Любимая, встретимся Там.

Меня-дурака давно пора на убой,
Я все чушь несу, за нее воюю.
Прихожу как в гости к себе домой,
И на чистом полу в грязи танцую.

Давно музыкой стал гром чужих слов,
Давно предан и продан вволю.
Приходите за мной - я готов,
Я уже сам стал одной болью.

И вертится мир барабаном "питона",
И снова кого-то коронуют как вора...
Я сам есть мечта любого притона.
а нами придут. Очень скоро.

12:39 

19

От меня пахнет перченым горем и молоком,
Когда в гости ко мне приходит моя сестрица.
Садится напротив, говорит о чем-то таком,
Что обычно смертным раз в жизни снится.

Она бледнее печали, запястья ее - хрусталь,
Молодая и смелая, твердая, как гранит.
Она умеет ткать и сама печаль,
Говорить без спроса, где у меня болит.

Дикие звери льнут лишь к ее ногам,
Вереск растет, где она ступала.
Она пляшет в поле и по лугам,
И смеется, что мира мало.

Она сердце свое давно отдала на муку,
Став святой для бродяг и убийц.
И ей жизнь хранит и целует руку
Белокурый преступный принц.

Небо дает ей шанс, чтобы обратиться,
Чтобы вспять время повернуть.
Но она упряма - моя сестрица,
И вновь выберет этот путь.

12:45 

20

Мертвые стонут в могилах. Мертвые плачут, ревнуют, дрожат.
Мы с тобой, увы, вместе, милый, танцуем песней ночной ножа.
Кто-то нас ищет. Кто не удержал.

Осколки-встречи пронзили кожу. Кровило сердце на год вперед.
Вокруг все карты сомкнуло ложью. Нас кто-то видел и кто-то ждет.
Да только путь все не разберет.

Пускай приходят - чего бояться? Лишь зря толпиться кошмарным снам.
Мы можем выжить или расстаться, горюют мертвые-то по нам.
Но только знаешь, без всяких драм -
Придут - я тебя не отдам.

Крайняя

главная